[an error occurred while processing this directive]
 РАЗДЕЛЫ 
 
НазадКарта

Галина Болховитинова и Валерий Пазынин

ЭДИК И ВАЛЯ

«… На время – не стоит труда,
А вечно причёсанным быть невозможно…»

Этот рассказ был переписан группой фольклорно-этнографической экспедиции ДГ в деревне Першлахта из девичьего альбома, где тот оказался в начале 80-х. Неизвестно, сколько лет этому шедевру, но, возможно, он ходит в аналогичных списках уже много лет. У героев могли меняться имена, социальное положение и прочие «признаки эпохи»; но главное – тема их любви – сохраняется в более или менее статичном состоянии.

Интересно, что имена героев – Эдик и Валя – весьма характерны для 60-х годов – это время действия в рассказе. Т.е. этим Эдуардам и Валентинам сейчас около 50-ти. Таким образом, 30-50 лет – минимальный возраст рассказа.

Итак, начнём с начала. Рассказ предварён эпиграфом, в котором прославляется любовь. То же самое – заглавие, которое обещает, что читатель узнает, что же есть настоящая Любовь (с большой буквы). Стоит отметить, что автор дал это название без малейшей иронии, но, если её допустить, над ним можно издеваться до бесконечности: «Любовь с большой буквы». Заглавие обязывает героев к тому, чтобы их любовь была литературной: чтобы это было скучное, чистое, светлое, возвышенное чувство. И само заглавие вполне в русле литературной традиции, понимающей любовь только как любовь с большой буквы. В данном случае это любовь вечная, до гроба, и лишённая всякой сексуальности. Герои не вступают в конфликт с собственной моралью, потому что она заключается только в том, чтобы Эдик и Валя любили друг друга с большой буквы. А что можно при этом целоваться, им в голову не приходит: их чувства совершенно головные, и это ещё раз доказывает то, что автором рассказа была девочка. Кроме того, в понимании любви она обнаруживает своё совершенно советское воспитание, отождествляя любовь и дружбу. Впрочем, дружба является четвёртой ступенью куртуазной любви, что хотя и забавно, но вряд ли было известно автору. Но и в куртуазной любви это скорее факт воспитания, чем реальность.

Учитывая вместе с вышесказанным и название, и всё произведение, укладывающееся как в романтические, так и в социалистические традиции, мы позволим себе назвать это течение соцромантическим.

«Соцромантизм» предполагает, кроме отождествления любви и дружбы, такое понятие как верность, любовьдо гроба. Героям непонятна позиция «на время не стоит труда, а вечно – невозмлжно» - и они клянутся друг другу в вечной причёсанности. И они причёсаны настолько, что заявленный в названии замысел сюжетно никуда не движется: все герои стремятся не к развитию себя или своих чувств, а к сохранению свойств. Умиляет соблюдение всего: экспозиция, завязка и пр., включая эпилог, при всём отсутствии конфликта. Более того, умиляет установка на реалистичность при полном её отсутствии, что не смущает автора, занятого доказыванием того, что любовь с большой буквы существует.

Поэтому единственный сюжетный ход, который хоть как-то атвору удаётся – знакомство. Дальше всё развитие отношений заключается в том, что стоит молодому человеку что-нибудь сказать, как девушка хихикает и убегает. Естественно, от Эдика при этом требуется адекватное поведение: например, после того, как Валя убежала, он «ещё долго стоял у подъезда и искал окно Вали»; или на маскараде Эдик не даёт реакции на узнавание, когда оюбой молодой человек сказал бы: «Ну и балда же ты!»

Автор прилагает значительные усилия, чтобы сдвинуться с мёртвой точки, пытается создать новые сюжетные ходы и упихивает в рассказ типично литературные, и маразматические в его интерпретации ситуации. Например, тот же маскарад с неузнаванием.

Все литературные ходы, могущие сдвинуть сюжет, не используются и бросаются, т.к. Эдик и Валя могут бросаться друг другу в объятия и признаваться в любви только у двери гроба: иначе автор не был в состоянии удержать этот образ. И менно такую ситуацию он создаёт. Следующий сюжетный ход – таинственная заразная болезнь. Она приближает рассказ к финалу, нисколько не меняя отношений. Попутно возникает несколько намёков на конфлик, как например, факт, что Валю не пускают в больницу и она может так и не увидеть Эдика. Но конфликт разрешается сам по себе: она взяла дежурство в больнице. И опять все друг друга любят… всё это дивно, но либо не пускают, либо взяла дежурство.

Сцена в больнице очень логична, но, поскольку автор пытается соблюсти сразу не одну логику, возникает абсурд: Эдик требует признания в любви, так как это единственная возможность для признания, а потом обнаруживается, что как благородный человек, он должен предложить ей свободу выбора, - он требует, чтобы она его немедленно разлюбила, завершая развитие сцены ситуацией «я умру, а ты люби».

Даже на примере этих ходов бросается в глаза бесконечность. Никакой ход не двигает сюжет, так как он бесонфликтен. Автор наслаждается описанием такой любви, не нуждаясь даже в каком-либо развитии своих образов. Видимо, ему близка идея «остановись, мгновенье, ты прекрасно», хотя он её не формулирует. Заметим идейную близость этого рассказа современным телесериалам – одна ситуация сменяет другую, а герои остаются. Логически можно было бы продолжить повествование до тех пор, пока всё человечество не окажется на кладбище вслед за Эдиком – ведь каждого кто-то любит, а пузырьков в аптеке много…

Складывается ощущение, что первоначальной задачей автора было описание долгих чистых чувств, а переписчикам лень было переписывать всё и хотелось поскорее перейти к трагической развязке; и если при описании чувств можно было выкинуть некоторые куски, то развязку негде было урезать. Так, возможно, получилось, что первая часть непропорционально сжата по сравнению с перераздутой второй.

В произведении выстроена разветвлённая система персонажей. В том числе – двойников, хотя в данном случае не понятно, зачем это нужно.

В системе персонажей предъявлено всё, что положено в нормальном романе: влюблённая пара, помощники (они же друзья, которые их знакомят), а в качестве врага можно разуметь таинственную заразную болезнь; но, по сути, «до ума» не доводится ничего. Видимо, это происходит потому, что, есмотря на всю литературность, развитие образов, которое делает любой нормальный писатель, не входит в задачи автора. Его интересовала идея красоты. Все герои столь красивы, так красива вся ситуация, что любви героев не находится противовеса для создания полноценного конфликта.

Эдика и Валю разлучает таинственная болезнь – но это не конфликт, поскольку любовь от этого не только не прекращается, но смерть, пожалуй, единственное, что может сдвинуть её с мёртвой точки: только в этой ситуации герои способны на какие-то клятвы и признания в любви.

Итак, после смерти Эдика становится понятно, чтоэто действительно любовь с большой буквы и наконец-то, в самом финале рассказа, появляется ситуация, когда что-то пытается эту любовь разрушить – это разумные доводы Владимира – и мы радостно возводим её в кульминацию и единственное проявление конфликта.

Роль искусителя не мешает Владимиру быть причёсанным – так автору нравится всё красивое. Автору, кроме того, просто необходим красивый герой, ведь он должен быть во всём равен Эдик, кроме одного – Владимир вполне нормален с житейской точки зрения и провоцирует Валю на то, чтобы из «телегероини» стать нормальным человеком. В общем контексте это выглядит кощунством. Тут следует вспомнить и об авторе, так как он именно здесь показывает некоторую двойтвенность своего понимания жизни: хочется, чтобы с большой буквы, но ведь и ещё чего-то хочется… И, может быть, считается, что любовь Вали с особенно большой буквы потому, что она не поддалась на уговоры человека, совершенно тождественного её покойному возлюбленному, которого она даже с перепугу спутала с Эдиком. Нет, клятва превыше всего – Валя выдержала испытание тождественности.

Подводя итог всему сказанному, следует отметить, что автор вполне успешно справился со своей задачей – мы действительно узнали, что такое любовь с большой буквы. Итак: это любовь красивых людей, в которых «всё прекрасно», включая соперников и искусителей, и которая стирает реальные противоречия жизни, возводя вместо них баррикады сложностей, которые, однако, всем, по большому счёту, милы.

О, да! Это «была настоящая дружба, как говорится…»

 


Советуем прочитать
Любовь с большой буквы

Произведения Валерия Пазынина
Произведения Галины Болховитиновой

Четвертной №1

 ©Четвертной 2002-2006