[an error occurred while processing this directive]
 РАЗДЕЛЫ 
 
НазадКарта

Интернет завладел умами мира. Многие подростки, если, конечно, у них есть такая возможность, с утра до вечера могут «сидеть» в интернете. Хорошо это или плохо? Надо сказать, что на этот вопрос сейчас проводятся психологические исследования. Здесь же мы приводим пример, к чему это может привести. Надо сказать, что весьма удачный вариант.

Редколлегия.

Анна Мельникова

В ГОСТЯХ У БАСКИ

Итак, наша поездка началась. Я думаю, не следует уже упоминать о злоключениях, сопровождавших длительные сборы. Печальным итогом мучений стал отпад Ушей [1] . Дело в том, что Ушам на работе подложили собаку: его в последний момент не пустили. И вот на многострадальную Баскину [2] голову скоро свалится судьба в роли двух небезызвестных камчаточниц [3] : Латуш и Солнцы*.

Две знатные лягушки - путешественница Солнца* [4] и царевна Латуш мерно покачиваются в красно-синем буржуйском вагоне и жалостливо вздыхают, сетуя на отсутствие Ушей, а заодно и ведут путевые заметки.

День суббота 12 сентября прошел у обеих путешественниц в активных дефилированиях по городу Москве в поисках манки и сала - единственных продуктов, отсутствующих за далеким бугром. Москва провожала своих героев жарким солнышком и приятно золотеющим убором. Бабье лето… Красотища! А мы премся в какую-то серую, промозглую Европу!

В 22:15 за мной заехал Факки [5] , и мы дружно отправились на Белорусский вокзал. Я опаздывала, и заставила понервничать провожающих и отъезжающих. На вокзале нас ждала группа официальных лиц, наглым образом хлеставшая водку с солеными огурцами.

Провожали нас следующие товарисчи: многострадальный Лохмоуш, у которого жена отобрала загранпаспорт, дабы его под шумок не запихнули в поезд - билет-то сдать не удалось; Biri, Изврат, Факки,

К@рлсон [6] и другие официальные лица, представленные Бирькиным братом. Проводы были поистине грандиозными, не хватало только оркестра и ковровой дорожки.

Шокируя проводников и чинных эмигрантов, толпа подвыпивших камчатников завалилась в буржуйский вагон с целью изучения. Скажу сразу, человеку, страдающему клаустрофобией, я бы не посоветовала путешествовать в подобных условиях: крохотное трехместное купе (в котором я одна еле разворачивалась вокруг собственной оси) с умывальником приятного зеленовато-мертвенного цвета.

Чатлане «шумною толпой» вывалились из вагона, а нам, отъезжающим, настоятельно посоветовали занять свои места. Обменявшись прощальными ЧМОООООООКами [7] и смайликами [8] , мы расстались. Грустно.

Поезд тронулся. Мужики отправились доедать огурцы, потому как водка была уже выпита, а мы отправились в направлении государственной границы.

Купе приготовило множество сюрпризов и мы с настойчивостью и пытливостью первооткрывателей ковыряли разнообразные места. Под столом обнаружилась раковина с горячей водой. Оказалось, что стены преращаются в полки, и еще куча интересного.

Доброжелательные дядечки проводники, обрадованые приятным обществом двух очаровательных, умных и, самое главное, скромных москвичек, любезно разложили нам койки и настойчиво развлекали беседой.

Мы же, мягко отвязавшись, стали укладываться баиньки, даже не поужинав. Солнца*, т.е. я, забралась, как и положено по статусу под самый потолок, совершив ряд последовательных и сложных телодвижений. Нужно было забираться по раздвижной и неудобной лесенке на высоту где-то 2,5 метра, втискиваться между полкой и потолком, да еще и умудриться заснуть.

Но последнее действие удалось лучше всего. День был тяжелым и, скоротав часок разговором, мы уснули.

13 сентября 1998 г. воскресенье

Проснулись в районе 7 ч. по московскому времени уже на территории суверенного независимого государства Беларусь. Минск встретил ярким солнышком и не менее яркой вывеской Макдональдса [9] . Я потопталась по платформе, оставив Лату [10] на страже. Но белорусское утреннее солнце было обманчиво - улица встретила более чем прохладно и я вернулась в теплое кондиционируемое купе. И понеслось…

Отгадайте с трех раз, каково главное поездное времяпрепровождение? Нет, не карты - мы девушки морально устойчивые. Нет, не книги - ну не настолько же мы устойчивы. Нет, не выпивка - как вы, вообще, могли такое про НАС подумать! Главное - ЕДА. Жор, с большой буквы Ж. Пищей мы запаслись в таком количестве, что, думаю, нам хватит пересечь всю Европу туда и обратно, да еще и привезти Баски в подарок немецких йогуртов.

Итак, сперва мы размялись пирожками, через часок съели по банке творога, еще через час схавали тортика… И вот так целый день. Ну а кому сейчас, спрашивается, легко?

Весь день прошел в процессе уничтожения припасов. А к БрЭсту начались испытания.

Это сладкое слово свобода… Интересно, почему в самых нищих или самых новых суверенных государствах такие злые таможенники? В Белоруссии шмонали [11] вагон не по-детски [12] . Нас спасла только воспитанная чатом коммуникабельность, дружелюбие, а также умение в нужный момент нажать кнопочку «игнор» [13] .

Сперва у нас отобрали пачпорта, Потом пришла дЭвушка, прическа которой напоминала постиранную в машине куклу Барби и мешала ей зайти в купе. Но девушка сумела достать и из коридора разнообразными вопросами: от «Не болел ли ваш дедушка чесоткой?» до «Верно ли указанное в декларации число фотоаппаратов?». Ее безумно интересовало наше образование, знание иностранных языков и владение различными видами оружия. Думаю, на обратном пути нас завербуют в белорусскую разведку.

Любознательная таможенница покинула купе, забрав бумажки, которые придется долго хранить, а состав погнали в депо менять колеса.

Каждый заслуженный наркоман знает, какие ломки можно пережить, переходя на новые колеса. Поезд долго трясло и толкало, пока состав не разорвало на несколько частей, а потом и эти части распались по одному отдельно взятому вагону. Зато каждый вагон испытал вознесение посредством домкратов и где-то через часок вновь сцепленный поезд стоял у брестского перрона уже на стильных узкоколейных европейских ногах. А я выскочила на платформу, посетила национальный магазин с загадочным названием «Дьюти фри» (передаю белорусское написание) и купила у дитев кукурузы, которую мы с Лату моментально слопали, ведь уже прошло целых 20 минут после последнего принятия пищи, и мы, естественно, проголодались не на шутку.
Нас опять посетила таможня и, наконец-то, дала добро. Добро представляло собой невзрачный штампик гордо поставленный на первой странице.

Через 15 минут после отправления поезд вновь тормознул. Польша встречала русскоязычными рекламами в мисце [14] Тересполь. Здесь погранцы [15] быстренько проставили штампики, а мы стали пялиться [16] на заграницу. Бывшая имперская колония17 не сильно отличалась от метрополии [18] . Единственное, что порадовало - веселенькие рыжие электрички с ярко-желтыми дверями и расписанные граффити [19] вдоль и поперек. Вообще, граффити везде, на любой поверхности. А вдоль железной дороги подходящих поверхностей море.

Ближе к вечеру долго мурыжили [20] у Варшавы - наш интернациональный поезд разбивали на куски по местам назначения. Наш вагон прицепили последним к какому-то составу, и не прошло и полутора часов, как мы опять ехали уже к совсем буржуйской Германии.

И вдруг состав въехал в туннель, который, по словам проводника, рылся с начала ХХ века. Лату предложила: «Давай выключим свет и будем бояться!» Мы так и сделали. «Так вот она какая - подземля!», - воскликнула Солнца*. А поезд уже зачалился у метроподобного [21] перрона на андеграундном [22] Варшавском вокзале.

Дальше Европа, оправдывая свой умеренно-морской климат, стала затягиваться тучами, и начинал накрапывать дождь. В попытке убить время наша моральная стойкость пошатнулась - мы стали играть в дурочку. Сперва дурочкой была Солнца*, потом Латуш, а потом игра шла с попеременным успехом.

Проводники, предупредили о том, что Польша страна коварная и лучше принять меры предосторожности для обеспечения собственной безопасности. Был произведен подробный инструктаж куда нельзя класть деньги, как закреплять дверь лестницей и т.д. и т.п. Мы произвели все нужные операции и улеглись все-таки баиньки. Впереди тяжелая ночь.

14 сентября 1998 г. понедельник

Нас разбудил робкий стук проводника, который ласковым голосом сказал: «Девоньки, приготовьте паспорта». Через несколько минут в проеме двери, оказался толстенный и веселый поляк в полосатом зеленом свитере, который в ответ на мой возглас, что я чуть не уронила Латушевича, доставая паспорт, на ломанном русском начал говорить: «Почему не урониль? Я бы урониль!» А потом на примере моего документа начал учить свою соратницу - маленькую полячечку, как правильно проверять паспорта.

Когда они ушли, любезный проводник предупредил, что это еще не все. Долго ждали таможню, но она не пришла и мы мирно почили. Сон был сладок и вдруг вновь раздался настойчивый стук в дверь. Это была уже немецкая таможня.

Приход солдат рейха я отметила звонким маршем «Дойчен зольдатен, дойчен официрен - нихт капитулиран!» [23] А Лату набросилась на бедного германца с кучей не менее звонких эпитетов. Зольдат попросил предъявить наличность. Женька полезла в сумку наверх и по выражению ее лица было заметно, что про себя она неоднократно помянула ник нашего большого сибирского друга [24] по назначению. Я запереживала, как бы нас вообще не высадили за столь неласковое приветствие земли немецкой, но, увидев жалкие грины [25] , таможенник покинул нас, отдав честь, свою.

В 6 часов утра ганноверские бюргеры толкались на платформе в ожидании кульной [26] двухэтажной электрички, а я подглядывала за ними в щелочку жалюзи. Латушенция в это время что-то неясное бормотала сквозь сон, наверное, вспоминала таможенника.

К 7 часам невнятно бормочущую Лату мне удалось поднять. Вообще-то, по нашенскому уже 9 утра [27] , а через пару часов будем у цели. Оказывается, в вагоне мы остались одни. Мы попытались совершить диверсию и украсть у спящих проводников чай. Но вся операция провалилась по той простой причине, что титан был холоден как хмурое немецкое утро. Где-то между Дортмундом и Дюссельдорфом выглянула желтая морда [28] , и мы рано порадовались неожиданному солнышку.

Проносившиеся за окном виды радовали глаз непривычной аккуратностью и разнообразием домиков, будто срисованных с любимых мозаик.

Машиниста подвела национальная пунктуальность и наш поезд, как мне показалось, прибыл с 15-минутным опозданием. Но встречающий нас товарищ позже попросил восстановить историческую справедливость - поезд прибыл минута в минуты. Вот они, немцы!

А нам с Латушенцией вдруг стало страшно - все-таки собака Баскервилей не самый ласковый герой Конан Дойля. Но Песыч, которого мы признали сразу, не смотря на отсутствие дельфина и акваланга [29] , встретил нас очень тепло, с цветами. Мы отдали Баски сумки, сказав что там, в основном. Гостинцы. «Что ж, своя ноша не тянет!», - обреченно вздохнул Собака и мы проследовали за ним к подземной парковке, воспринимая как должное цветное иноязычное окружение. Побросав шмотки в навороченную машину [30] , мы поднялись к Дому - так бюргеры называют знаменитый Кельнский собор, строившийся ни много - ни мало 632 года.

Мы зашли во чрево собора, заодно прихватив и Димку. Высокая и мрачноватая готика с огромными разноцветными витражами всегда радовала мой неискушенный взор. Заверещал мобильник [31] и, бросив прощальный взгляд на убранство мировой достопримечательности, мы покинули собор.

А дальше наша группа уикендовцев [32] отправилась гулять по уютным кельнским улочкам. В одном из многочисленных кафе отпробовали буржуинского капучино [33] , к которому полагалась печененка и Женька то и дело цитировала диснеевского «Алладина»: «Съешь печененку, мой пернатый друг!» [34]

Кельн порадовал сразу двумя вещами - обширнейшим ассортиментом цветов и булочек. Цветы были везде, а запах аппетитных хлебобулочных изделий разносился повсеместно.

В городе нам то и дело попадались осколки старины - то башня, то скульптуры, то какие-то непонятные сооружения.

Позвонил К@рлсончик и С.Баски с Лату с ним побеседовали. Представляете, какой кайф [35] - мирно прогуливаться по улицам Кельна и легкомысленно трепаться с замученной кризисом Москвой. Я не могла не поддаться такому соблазну и позвонила матушке.

Латушенция заметила скульптурную композицию с картины Сальвадора Дали [36] и мы сфотили ее в обнимку с сюрреалистичной ножкой. Проходя SEX-GEY [37] клуб, мы помянули вздохом Лохматых Ухов, но не дозвонились до него. Через некоторое время язык, нюх и врожденная интуиция вывели нас к Дому и мы погрузились в машину.

Любопытная Солнца* тут же начала изучать методом научного и не очень тыка многочисленные кнопочки и прибамбасы [38] Баскиной машины, благо сама тачка располагала к этому.

Дядечка-навигатор [39] то и дело оповещал нас на невнятном англицком языке о том, что скоро поворачивать и рисовал разные стрелки на экране бортового компутера. Мы с Лату предположили, что именно с этого компа [40] Песка и чатится.

Знаменитые немецкие автобаны [41] , по которым мы мчались, не сильно отличались от МКАД [42] . А видов вокруг вообще не было, т.к. сама дорога шла в какой-то канаве.

Начинал накрапывать дождь, быстро перешедший в нормальный качественный ливень. А мы ехали в Голландию на навороченной иномарке в потоке таких же навороченных иномарк, а в машине громко завывал Мумий Тролль [43] о том, что «ша-ма-ма-ма-маны все знают».

Через час езды мы пересекли государственную границу Королевства Нидерланды. Пересечение границы было отмечено тем, что мы снизили 140 км/ч до 120, положенных в этой стране.

Ощущения того, что мы на чужбине совершенно не было - мы ехали в нормальной на московских улицах машине, в хорошей русскоязычной компании, под звуки современных рассейских напевов, а на обочине то и дело мелькали знаки Макдональдса и бензоколонок «ВР», навевающих ностальгические мысли о родине…

Вскоре мы въехали в город Эйндховен, славящийся заводами Филипса, футбольной командой [44] , музеем современного искусства и, конечно же, С.Баскервилей.

Дом С.Баскервилей находился в уютном райончике Флорапарк. Скажем сразу, на конуру аккуратный коттедж похож не очень. Зато очень похож на буржуинско-бюргерское жилище. Дверь открыла Димина сестра. Казалось, мы попали на картинку импортного дизайнерского каталога. Мечта каждой женщины свой дом - а такой дом…

Мы вручили Песычу московские гостинцы, побросали сумки и тут позвали к круглому столу…

Сытно отобедав, мы приняли решение не терять зря времени и поехать с Баски забирать его половину из школы, а заодно и ознакомиться с городом Эйндховеном.

Начался типичный голландский дождик, а мы сидели в машине и хихикали с Лату.

После знакомства с Наташей, группа русскоязычных товарищей проследовала на свои первый шопинг [45] - в главный эйндховенский шоп [46] «Галерею» за тортиком. Уже начавшие отвыкать от изобилия москвички с широко открытыми глазами метались по супермаркету. У кондитерского отдела вместо заветного тортика мы понабрали кучу разнообразных «ту писас кейк» [47] и спустились в кафешку отведать вкусностей.

А на узких европейских улочках дождь все усиливался. Мы под огромными выделенными нам зонтами добежали до парковки и отправились восвояси.

Дождливый вечер коротался разговорами, видео, перемежаемыми едой, а ближе к ночи нас посвятили в таинство национальной нидерландской игры Лото, тут же переименованной нами в Лату, дабы не путать с русской забавой.

Игра требовала огромного умственно-интеллектуального напряжения, но мы оправдали свое гордое звание дипломированных специалистов. Хотя коварный Собака Баски выигрывал партию за партией, мы достойно поддерживали игру, придумывая хитрые комбинации и пудря мозги наивным выражением лица неумудренных новичков.

За окном все шел и шел дождь и тут Дима произнес:

«Могла ли ты, Анья, себе представить, что познакомишься по интернету с С.Баскервилей и приедешь к нему в гости в Нидерланды играть в лото?»

Было уже далеко за полночь европейского времени, когда нам построили спальню в офисе. Буржуйские раскладушки скорей напоминали двуспальную кровать. Мы немножко обсудили поднакопившиеся за день впечатления и довольные уснули. Как все славно!!! Спокойной ночи!

15 сентября вторник

Утром мы проснулись довольно рано, но еще долго валялись. А Женька приперла меня к стенке, точнее к дивану и заставила восстанавливать события в рукописном изложении.

Когда стали подниматься хозяева, выползли и мы. На сегодня у нас в планах Амстердам - город контрастов. Но сперва мы должны посетить по делу международный аэропорт Скипул.

В Эйндховене стали появляться клочки голубого неба, но нам предстоял путь на север - к морю и сырости, к дамбам и польдерам [48] , к каналам и улицам красных фонарей [49] .

Голландские дороги приятно радовали гладким покрытием, остающимся сухим даже в самый сильный дождь. А Песыч показал местное «Подмосковье» - нагромождение огородов с кучей самопальных построек. Но вскоре столь милый пейзаж сменился опрятными зелеными полями с чистенькими и жирненькими пятнистыми коровами и не менее пятнистыми овцами. Мы заехали на бензоколонку, купив там «Друга рыбака» [50] - промозглая Европа плохо отразилась на наших горлах.

А ближе к Амстердаму мы проехали сооружение, одноименное со мной и изображаемое на всех голландских сувенирах, т.е. мельницу.

У Скипул бросили машину на парковке и пошли встречать какого-то московского вьюношу. Димка остался его ждать, а мы бродили по зданию аэропорта. Долго меняли деньги с грабительским 4,5% сбором.

Потом пошли смотреть магазины с не менее грабительскими ценами. Какой-то турецкий хачик увязался за нами и следил повсюду, пока мы не запутали следы и чуть не заплутали сами. Малшика из Москвы мы так и не дождались, и поехали в столицу ихней родины.

Амстердам в своей центральной части, до которой медленно и печально пробирались по нешироким улочкам, представлял собой большую комсомольскую стройку. Голландские бюргеры, видимо от нечего делать, вечно что-то ремонтируют. Особливо любят они ремонтировать дороги и тротуары.

Наш организм требовательно слал тревожные сигналы в мозг, в котором тут же родилась незатейливая мысль: Жра… есть хочу! Над городом контрастов сияло Солнце, а мы искали место для покушать.

Единственный хорошо знакомый Диме итальянский ресторан оказался закрыт. Пища бюргеров, по словам принимающей стороны, не годилась для изнеженных российских желудков, а найти что-либо в незнакомом городе… Однако, голос желудка не застил другие наши рецепторы [51] , и мы наслаждались прогулкой по чудесному городу. Я не верила в его реальность - все дома казались картинками из Андерсеновских сказок. Покосившиеся по берегам каналов «пряничные домики» перемежались готическими шпилями соборов.

Наконец, на берегу одного из многочисленных каналов мы набрели на неплохое, на первый взгляд, местечко и уселись внутри. Типично высокий рыжий голландец поджарил стейков [52] с картошкой. Наконец-то мы отпробовали натурального хайникена [53] . И нахайникались там преотменно.

Солнышко (не путать со скромным автором строк) не стало ждать пока мы трапезничаем и спряталось за дождевые тучки и поэтому вышли уже на весьма мрачноватую улицу. У знаменитого Райсмузея купили билеты на речную прогулку.

А с музеями в исторически-художественном Амстердаме нам не очень повезло. Больше всего мне хотелось попасть в Ван Гоговский [54] музей, а он оказался закрыт аж до мая 1999 года.

Зато славно прокатились на катерке по каналам. У причала на берегу паслась огромная черная утка, под которой мы заметили множество «утиных щенков», отпихивающих друг друга, чтобы залезть поглубже под мамкино крылышко.

На корабле на множестве им-портных языков нас посвящали в то, что мы проплывали. Но не владеющим ни одним из декламируемых языков, приходилось довольствоваться визуальными наблюдениями.

По карте, напечатанной в билете, наш бриг должен был выйти в открытое Северное море, но нас подло обманули и море мы увидели только в проем моста.

Солнца* [55] периодически высовывалась по пояс наружу, дабы запечатлеть затейливые городские пейзажи, напоминающие декорации, а добрые друзья Лату и Баски пытались спихнуть меня в канал.

Стереотип, что Голландия страна цветов был разрушен окончательно - Голландия страна воды! Дождь сверху, море вокруг, да они еще и каналы строят повсеместно. Но мало того, им еще нравится и жить прям на воде. По всему маршруту следования нашего плавсредства попадались целые кварталы, плавучих или псевдоплавучих домиков. Экзотические домики, если их с чем-то сравнивать, ближе всего по своему внешнему виду к строительным вагончикам, но очень ухоженным. Однако, как сказал местный житель С.Баскервилей, в таких жилищах обитают отнюдь не самые бедные граждане.

На одной из станций с красивым названием D или С мы вышли, потому как она была ближе всего по маршруту к Даму - главной площади Амстердама. Опять пошел дождик. На площади располагался музей той самой мадамы Тюссо, и в нем бродили вроде как еще живые люди. Но нас туда не пустили, потому как кассы работают до 17:30, а время было уже 17:40L. Ну ни чего не поделаешь, и мы пошли дальше бродить по городу.

Дождик все усиливался и мы спрятались под единственный, но большой зонтик. В одном из магазинов был большой выбор недорогих зонтов, но Песка гордо махнул рукой, что дождик несерьезный. И тут… И тут ливанул тако-о-о-ой дождь! «Что ж мы, дураки такие, не купили зонтик в том магазине!», - воскликнул изменчивый Собака. В следующем шопе зонт был приобретен.

На одной из улиц я увидела яркую светящуюся надпись «CAFESHOP». Быть в городе контрастов и не побывать в запретном месте… Но кофешоп встретил почему-то запахом отнюдь не травы [56] , а крепкого табака. Так у нас в Москве каждый первый бар - кофешоп! Исследовать более подробно мои спутники отказались и мне довелось довольствоваться малым - потоптаться у стойки кофешоповского бара.

А у самого большого протестантского собора мы обнаружили достопримеча-тельность, пора-довавшую сердце людей, позна-комившихся посредством все-мирной паутины - интернет-телефоны. Выйти на связь нам не удалось, т.к. не было специальной телефонной карты, но сам факт порадовал.

Покружив еще немного по славному Амстердаму, мы несколько утомленные, но довольные вернулись к парковке и отправились в сторону родного Эйндховена.

Вечерком смотрели по видео «Лучше не бывает» и я всех доставала разнообразными вопросами, мешая смотреть фильм, за что милый хозяин меня чуть не убил.

Планы на завтра пока не ясны…

16 сентября, среда

Утром Димка умотал на работу, а мы остались в неопределенности. Но чтобы не терять зря время, приняли генеральское решение пошопинговать - когда еще представится такая возможность? А пока мы мирно беседовали за жисть с Пескиными женщинами.

К 12 часам Ирина повезла Наташу в школу, а заодно и подбросила московский «плюшевый десант» [57] в центр, поближе к шопам. Мы тут же принялись активно тратить гульдены [58] и тратили их до последнего в кошельке у Лату.

Для связи нам выделили мобильник. Мобильные телефоны здесь - вещь весьма заурядная, стоят, по словам Баски, «дешевле овса». Правда я не знала, сколько в Голландии стоит овес, и поэтому гордо носила его и вела себя как дикая обезьяна, хватаясь каждый раз за карман, когда где-то что-то пиликало.

Мы обшарили полгорода, и были нагружены тучей пакетов, которые выдавались к любой, даже самой незначительной покупке, когда, наконец, заверещал наш телефон - это Баски въезжал в Эйндховен.

Я стала судорожно оглядываться, чтобы дать Песычу хоть какие-то ориентиры, по которым он бы мог нас найти. И тут мне на глаза попались два огромных готических шпиля и мы договорились встретиться там через несколько минут. Но по дороге нам попался славный сумчатый магазин. В ответственный момент покупки снова заорал телефон. Расплачиваясь по-англицки, я одновременно что-то говорила Димке. Мы вышли на улицу и как в фильме «Свадьба моего лучшего друга» стали идти навстречу друг другу.

Мы заметили Песку первыми. Он стоял к нам спиной буквально в 10 метрах и разговаривал с нами по телефону. «Мы тебя видим!!!», - дружно заорали Лату с Солнцей*, и это было слышно уже и без мобильника.

Время было уже около пяти, соответственно, поехать мы уже никуда не могли, и на выбор было предложено несколько вариантов времяпрепровождения. После столь активных блужданий желудки сводило от недостатка пищи и мы меркантильно выбрали ресторан.

Дома нас встречала еще одна Баскина женщина - племянница Катерина, информацию о которой можно найти на Собакиной хоумпаге [59] . Катерина только-только вернулась из велосипедного похода со школой.

Вообще, что касается велосипедов голландцы, да и, вообще, европейцы, - больные люди. На велосипедах ездят везде и всюду, да помимо этого для велосипедов есть и специальные дорожки, и специальные светофоры. В светофорах черт ногу сломит - для машин одни, обыкновенные; для велосипедов - другие, на них енти велики и изображены; для пешеходов, вообще, третьи, со звуковым сопровождением, как сказала Солнца* «для глухих».

Катерина рассказала, как они мокли под дождем и о том, как у них отобрали все спиртное. Но, что самое интересное, вино и пиво педагоги [60] им потом сами выдавали.

Димка позвонил в ресторан «Гаучо» с аргентинской кухней и заказал столик на 8 ч. Но время-то было еще только 6, а есть хотелось ужасТно и мы, плюнули на фигуру, и хорошо поужинали. Около 8ми часов вечера по европейскому времени раздался грозный зазывный клич: «Все вниз!» и Песыч с положенным по Корану гаремом из 4-х женщин отъехал в сторону культурной части города.

Уже совсем стемнело и теплый солнечный день заканчивался проливным дождем.

У «Гаучо» мы вышли из уютного средства передвижения, все-таки немного смахивающего на роскошь, а Баски поехал отгонять машину на стоянку. Ресторан был забит посетителями, заказанное место у окна было занято, а мы стали ждать возвращения нашего джентльмена у стойки бара. Аргентинский бармен, больше смахивающий на турка, предложил нам выпить. Вскоре вернулся Димка, поставил зонт у двери, и менеджер проводил нас на второй этаж.

Долго выбирали что и как заказывать. Катерина рвалась в бой как самая англо-говорящая, но не запутаться во всяких мидл мидл дан, литл вел дан, литл литл дан, биг вел дан [61] было невозможно. Запутался и сам симпатишненький официант, которому Катюшка усиленно строила глаза.

Аргентинское мясо с подливой и початком поджаренной на огне кукурузы было сказочно вкусно и нежно. Налопались мы там вволю, коротая вечер незатейливой беседой, а потом еще и десерт поели - неистощимы резервы человеческого организма! Внизу нас ждал неприятный сюрприз. Обманчиво спокойная Голландия оказалась жутко криминальной - у Димки уперли [62] зонтик. А он был такой славный, такой огромный! Мы посетовали на коварных голландцев и попехали по лужам под моросящим дождиком.

Ночной Эйндховен дремал под мерный шум дождя, а мы решили подорвать устои и рванули в местный квартал красных фонарей.

Презабавное зрелище, скажу я вам! В подсвеченных витринах краснели фигуристые красотки на любой цвет, вкус и размер. Где-то скучающая блондинка вся в кружавчиках смотрела телевизор; где-то знойные мулатки цвета шоколада честно отрабатывали свое, бросая томные взгляды на проезжающих и плотоядно облизываясь… Но больше всего нас поразила оооогромная негритяночка далеко не юных лет, занимавшая весь проем окна и смотревшая на нас таким благочестивым взглядом, что любые изображения Мадонны с младенцем кисти великих мастеров всех времен и народов просто отступали перед его пристойностью и благочестием.

Улочки в этом квартале были совсем неширокими и у одного из окон нам пришлось притормозить, чтобы пропустить едущую навстречу машину. Наталья предложила, воспользовавшись ситуацией, бросить Димку в машине, а самим вчетвером завалиться в заведение известного характера. Тут же Песыч сорвался с места и мы унеслись к нашему гостеприимному дому.

Дома все в течение долгого времени пытались пойти спать, но всё никак не удавалось. Баски всё время желал нам спокойной ночи и всё время возвращался. Аргументируя это тем, что «Вдруг что интересное пропущу?»

В конце концов, мы таки поднялись по крутой винтовой лестнице к своим опочивальням и улеглись баиньки. Спокойной ночи!

17 сентября, четверг

Утром лениво встали и, поблуждав по дому, отправились в очередную заграницу - в столицу славной БЕ - из стран -НИЛЮКСА [63] .

Бельгия встретила дождем и другим дорожным покрытием - машина начала вибрировать. Прощай на время гладкие голландские дороги, здравствуйте, освещенные повсеместно бельгийские!

Бельгия поднималась над уровнем моря выше, чем Нидер (низкие) Ланд (земля) и появились бугорки, на которых пестрели овцы и коровы.

Часа через полтора с копейками мы въехали в нужный город. Навигатор [64] пытался руководить действиями водилы, но Баски огрызался на него: «Отстань!» Мы, игнорируя нафигатора, поплутали по Брюссельским трассам, пока, наконец, не нашли ближайший к центру подземный паркинг.

А дождь, столь обильно поливавший при въезде в Брюссель, прекратился и даже стали появляться проблески солнца. Баски ворчал, таская за собой огромные зонтики.

Направление движения выбирали просто - дорога шла вниз и, дабы не утруждать себя подъемом, мы пошли вслед за ней. Вскоре мы вышли к ярко зеленой от окисленной меди скульптуре, видимо, местной достопримечательности, а от нее, пользуясь Собакиным нюхом и японским гидом, минуя лабиринт старинных и стилизованных под старину улиц, вышли на красивейшую площадь Брюсселя - Гротте Маркт (по нашему просто - главная площадь).

Каждое здание на этой площади было невероятно красивым и самобытным, создавая вместе с тем единый архитектурный ансамбль. Нам оставалось только издавать восторженные звуки, ограни-чиваясь лишь междометиями, и безостановочно щелкать затворами фотоаппаратов. С площади мы свернули на одну из боковых улиц, где находилась еще одна местная достопримечательность - барельеф на стене, до которого нужно было дотронуться на удачу. Фигура Христа и собака блестели от прикосновений тысяч и тысяч рук, как нос жучки на станции метро «Площадь Революции», который студенты потирают, чтобы сдать экзамен.

А мы пошли дальше. Многочисленные указатели говорили о том, что «верной дорогой идете, товарищи». А целью наших изысканий был Манекен Пис [65] - тот самый фламандский малшик, который по-пионерски затушил пожар в городе Брюсселе. Мальчик-фонтанчик был, видимо, в натуральную величину. Натуральная величина не превышала размеры годовалого ребенка, так что, чтобы затушить огонь, он, наверное, вынужден был громко агукать на двух официальных языках страны. Мы, как и положено приличным интуристам, сфотились у Манекена и проследовали дальше.

Столица Бельгии издревле славится своими кружевами и гобеленами, и поэтому каждая первая лавочка представляла собой небольшой музей народных про-мыслов. Как нам сказал С.Баскервилей, в хорошую погоду у дверей этих лавочек сидят искусницы и на глазах у изумленной публики плетут кружева. Но сегодня, к сожалению, погода только начинала распогАживаться, и мы довольствовались лишь лицезрением результатов процесса.

На одном из перекрестков наш слух порадовала родная речь: томная девушка игриво спрашивала у своего спутника: «Долго ли Вы привыкали к Брюсселю?». Злые на язык Кам- chat-очники тут же принялись давать свои варианты ответов и шедшая за нами пара соотечественников стремительно удалилась.

Вообще, стоит отметить, что наши люди везде. И во вторник в Амстердаме мы наткнулись на «русо-туристо-облико-морале», и в Брюсселе повстречали, а в Эйндховене знали адрес целого русскоязычного дома.

Покружив в районе Манекена Писа, мне и Лату пришла мысль, что мы уже вполне способны повторить его подвиг, а Собака Баски как всегда проголодался.

Мы вернулись на Гроте Маркт - здесь находился «Эль Греко» - ресторан греческой кухни, известный Песке. В ресторане нас посадили за столик и мы тут же рванули мыть руки. Помыв как следует руки, мы углубились в изуение меню, сопровождаемые картинками блюд. На апперетив Баски заказал греческой водовки Озу(?) и вот, «хлопнув тетки по стакану» принялись буянить.

Барная стойка «Эль Греко» вся была завешена иностранной валютой, а Димка показал нам свои гульдены и мы вычислили, когда он здесь был в последний раз. Я внимательно вглядываясь издалека, сперва не обнаружила рассейских бумажек и возмутилась сим фактом. Мы с Лату стали рыскать по карманам, пока Женька не нашла стольник и старую пятьсотрублевую бумажку. На зелененькой пятисотке я сделала надпись на русском и буржуйском языках и гордо подписалась за всех троих www.weekend.ru. Все-таки именно уикенду, а точнее нашей Кам-CHAT-Ке мы обязаны тем, что так славно релаксируем в буржуинской Европе, и, заметьте, ни у меня, ни у Латушенции нет аськи [66]

А официант, которому Женька показала новый стольник, пытался повесить и его - насилу отняли, сказав, что это «риал биг мани». Гарсон долго извинялся и принес нам доп.порцию чего-то непонятного.

Песка еще с Амстердама мечтал о подаваемых в этом ресторане креветках и мы, соблазненные аппетитными рассказами, естественно, заказали сие блюдо. Креветки, действительно, были чудо. Острый соус… Ммммммм…… Мы тщательно подобрали всё до последней капли. Греческое сухое вино хорошо остудило огнедышащие глотки. После полбутылки греческого нам принесли горячее. И мы после долгих совещаний поспешили заказать вторую бутылку. Вспомнилась «Собака на сене»: «Попробуем-ка греческого, выпьешь - так и пойдешь по-гречески чесать…» А что? Лату в Греции была, а я на грекоязычном Кипре. Мы тут же вспомнили свой скудный запас и удивляли фламандцев и валонцев [67] , косивших под греков, непонятными словечками «эф харисто» (спасибо) и «паракало» (пожалуйста).

Наше мясо и Латушкина лосось были сказочно удобоваримы. После второй полбутылки, я принялась звонить в висевший на стене коровий колокольчик и мы неприлично громко смеялись. А официанты украдкой с умилением наблюдали за нами.

После десерта с мороженым нам принесли бонус [68] от ресторана: по бокалу хорошей «метаксы» [69] , к которой я затребовала лимон, а Лату, упорно отказывавшаяся пить, все-таки продегустировала напиток после волшебного слова «халява» и уверений в том, что хозяин просто обидится.

Так что на улицу через пару часов мы вышли, по выражению Латушенции, «весьма подарочные». И город контрастов Брюссель показался нам вдвойне прекрасен.

Вечерело и не осмелившиеся на трезвую голову тратить законные доллары на всяческие сувенирные изыски, мы пустились во все тяжкие, оставляя валюту в местных лавках. В одном из гобеленовых магазинчиков Баски надоело смотреть, как мы пускаем слюну у произведений ремесленного искусства и он вручил нам, как двум заслуженным сплюшам, гобеленовые подушки.

Лавочки постепенно закрывались, зато открывались многочисленные уличные фастфуды, пиццерии и кафешки, активно зазывающие нас, безошибочно определяя наше рассейское гражданство еще издалека, то ли по лучезарным улыбкам, то ли по очаровательной внешности, то ли по громко распеваемым русским песТням.

Песыч решил использовать зонтик-трость по назначению и принялся активно хромать, а мы затянули «Брюссельский романс» по мотивам известной песни группы «Ногу свело»: «Извините, люди добрые, за поможением обращаемся… Сами мы не местные - голодаем и скитаемся…»

И тут нам в голову пришла мысль, что мы как-то не утрудили себя запомнить, где находится наша парковка. Но опять спасло тонкое Собакино чутье на свою машину.

Стало совсем тепло. Мы опустили стекла и в славном городе Брюсселе еще долго раздавались наши и Видоплясовские вопли, прерываемые настойчивыми просьбами навигатора повернуть в ту или иную сторону. «Вэсна, вэсна, вэсна, вэсна - прийдэ! Кип ту зе лефт. Вэсна, вэсна, вэсна … Тон райт» [70] , - слышали мирные брюссельцы.

Вернулись домой уже совсем затемно. Мы с Пеской отужинали, а предательница - Лату решила поберечь фигуру и сбежала в ванну. Долго сидели на лавочке под огромным деревом во дворе Баскиного дома и трепались за жисть с Ириной и Натальей. Оказалось, что мир теснее, чем мы думали, и мы с Наташей нашли общую хорошо нам обоим знакомую.

Совсем вечером мы опять играли в «Лату» с Латушенцией и всеми взрослыми жителями дома, которые периодически сменяли друг друга. А потом пошли спать - завтра у нас должен быть последний из БЕНИ - ЛЮКС.

18 сентября, пятница

Утром нам представилась возможность хорошенько выспаться, потому как Наташа училась сегодня утром и в Люксембург мы собирались после ее возвращения с курсов голландского. Однако наш будильник сработал вовремя и я, как всегда на этой неделе, встала в 8:50 по местному времени.

Ритуал утреннего подъема всегда был одинаков - я, крадучись, чтоб не разбудить Латушевича, поднималась, подходила к окошку и поворачивала жалюзи, дабы определить погоду. Серый, или солнечный свет, врывающийся в щелки жалюзи, бил в глаза Латушенции и она, жмурясь, улыбалась и распахивала свои глазищи. А я, помня о судьбе немецкого таможенника, сбегала в душ. Потом мы долго марафетились наверху и спускались вниз съесть традиционные тосты с немыслимым количеством сортов сыра - еще одна особенность молочной Голландии.

Утро занять нам особо было нечем, я вела Путевые заметки, а потом вышла в сад, к солнышку. Ирина собиралась прибрать в саду, и мы устроили коммунистический субботник, сгребая ворохи осенних листьев. Часам к 12 вернулись Дима с Наташей и мы стали медленно и печально собираться в минигосударство. Пока все попили чаю, покурили, помыли руки прошло еще около часу. В конце концов я не выдержала и нагло заявила: «Поехали!»

И мы поехали. Песка включил навигатор и велел отметить в полевом дневнике: «До Люксембурга 278 км!». Я старательно занесла в свою книжечку цифры.

Распогоживалось, а мы неслись по европейским хайвеям [71] через южный отросток компактной Голландии. В Маастрихте должна была быть дочка моего минишефа [72] и спутники предложили мне спрятаться.

По уже знакомым признакам мы спинным мозгом и тем, что находится несколько ниже, почувствовали, что пересекли границу с Бельгией. В этой части страна уже начинала подниматься к Арденнам [73] и пейзаж, обретя многоплановость и рельефность, становился всё более живописным.

Скоро мы примчались в самый грязный город Европы - Льеж, который на голландских указателях почему-то носил название Льюик.

Льеж тянулся вдоль вездесущей реки Маас. В какую бы сторону в Голландии или Бельгии вы не поехали, любое водное препятствие оказалось бы рекой Маас. А Льеж был еще и портом на этой реке. Дорога шла сквозь город, а он был немаленьким, так что мы по праву можем провозгласить, что побывали и в Льеже.

Вообще, надо сказать, что, пожалуй, дорога в Люксембург была самой красивой и интересной. Оно и понятно - какие - никакие, а горы, ущелья, постоянная смена видов за окном. А Наталья с Женькой бессовестно дрыхли. И не реагировали на мои постоянные восклицания: «Смотри, как здоровско!» Песка же не мог вздремнуть в силу обстоятельств - мешал руль, педали и негромкое звучание диска «Браво», которому я всю дорогу подпевала.

Также незаметно, как и во всех странах Шенгенского соглашения [74] , мы проскочили границу с княжеством Люксембург и через несколько минут въехали в одноименный город, в котором снова началась борьба двух титанов - Димки и Навигатора. Баски упорно крутил руль в противоположном указанному навигатором направлению, А навигатор долго советовался со спутником, соображал, куда эт мы заехали и предлагал новые пути. В результате мы объехали по спирали почти весь город с преимущественно односторонним движением и встали в длиннющую очередь на парковку.

С парковками Европы связано одно интересное наблюдение: сколько бы машин не жаждало занять местечко на стоянке, никто никогда не встанет на уровня, мы отправились блуждать по тихому княжеству. Уютный город располагал к неторопливым прогулкам и задушевным беседам. «Люксембург - не город контрастов!», - неожиданно констатировал Песыч.

Мы долго плутали по нешироким вымощенным улочкам, среди увитых цветами старинных домов. И то выходили к ущелью, на дне которого виднелись разноуровневые крутые черепичные крыши средневекового города, а высоко над ними по длиннейшему суперсовременному мосту неслись автомобили; то вновь углублялись в хитросплетения улиц и дорогих магазинов.

На одной из площадей уличные музыканты во фраках играли Тореодора из «Кармен». Димка предложил поспорить, что это наши люди. Но проверить мы не смогли - музыканты быстро собрали инструменты и исчезли из нашего поля зрения. Мы же решили выпить по чашечке кофе в «Кафе де Пари». «Чашечка кофе» для Женьки и Наташи вылилась в чай «with pieces lemon» [75] , а для меня и Баски - в бокал местного пива. Припекало солнышко, а мы сидели на улице и наслаждались жизнью. Принесли «тартины с сыром», оказавшиеся двумя огромными кусками хлеба с маслом и, соответственно, сыром без всяких изысков. Но вкусно.

А после мы снова вышли к одной из многочисленных смотровых площадок над ущельем. У одной из сторожевых башенок над ущельем случилось невероятное - Песку сфотили в анфас, благодаря настоятельным рекомендациям жены стоять смирно. Раскрыт вражеский шпиен! Правда, неизвестно - получатся ли снимки.

Прямо к площадке поднималась огромнейшая елка (или сосна?), а на ее вершине гроздьями висели здоровенные шишки. Мне, как прирожденному естествоиспытателю, захотелось завладеть такой шишкой. Но дотянуться до них было сложно, почти нереально. Тогда я, забыв про натертую ногу и оставив товарищей наверху, горной козочкой поскакала по вымощенным дорожкам, серпантином спускающимся по склонам ущелья.

На каблуках это было весьма специфично…

Внизу я нашла по громким указаниям свыше то самое хвойное дерево. Но вот, буржуи-злодеи! Всё чисто выметают даже под елками!!! Зато в нишах стены под скалистым уступом уютно обосновались местные бомжи. Я, уподобившись им, долго бродила вокруг да около в поисках заветной шишки, однако попадались все какие-то больные остатки былого величия. Тогда друзья наверху решили мне поспособствовать - Наташа нашла палку и Баски пытался этим первобытным орудием труда сбить шишки вниз. Результат был, к сожалению, отрицательным, но зато как увлекателен сам процесс!!! В общем, нарушили мы вселенский люксембуржуинский покой.

От ущелья мы стали подниматься через крепостные ворота по крутой улочке, вымощенной, как и почти весь город, булыжником и вдруг на нас выскочила машина - мы вдвоем-то там с трудом разворачиваемся!

На Люксембург спускался тихий вечер и на распутье встал вопрос: едем домой или еще гуляем? Конечно, гуляем! На площади перед одним отелем Наталья долго убеждала меня залезть на бронзового льва и сфотографироваться. Я долго мялась, ломалась, предлагала откуп в виде песТни, но Наташа твердила свое: Лезь! Но в результате я не смогла оседлать этого львища чисто физически - уж больно скользким он был, а я в туфлях.

На той площади, где мы днем были в кафе (видимо, центральной) при нашем приближении опять стали собирать инструменты те же музыканты, а мы решили попить кофию снова. «Кофе» на этот раз воплотилось в посещении местной «Пицца - хат» - отшиень недурственно и вкусно.

На площади в пятничный уикендовский вечер готовилось какое-то выступление, но мы застали только концерт английских цифр. Это кто-то настойчиво вещал в микрофон: «One-one-one-two-two-two» Ему, видимо, понравилось и он начал импровизировать на тему: «Ту-ту-туру-ту-ту».

Уже совсем стемнело, когда мы выехали с парковки и стали посредством друга-навигатора искать дорогу домой. Почему-то вышло так, что дорога домой лежала через Париж, если верить указателям на дороге. «Дима, по-моему, мы не туда едем», - засомневалась Наталья. «А что? Девчонки во Франции не были», - невозмутимо ответствовал Баски.

 

Дорога в Голландию со скоростью 170 км/ч прошла в безуспешных попытках заснуть. Мне это удалось лишь на подъезде к Эйндховену. Однако и сквозь сон я умудрилась рассмотреть красиво подсвеченный фонтан. Около дома меня разбудили.

Дома мы как всегда выпили немыслимое количество чаю с лимоном. Я еще до часу трепалась с Катериной под аккомпанемент МТВ, а потом поднялась в офис, где уже вовсю сопела Латушенция.

Закончился наш последний день в этом славном доме.

19 сентября, суббота

Утром я встала как заведенная в 8:50. Совершила все процедуры, разбудив Женьку. Пока хозяева дрыхнут, мы решили по максимуму собрать сумки, чтобы не убивать на это время позже.

Часам к 12 выползли в город на прощальный шоппинг. И он не остался без эксцессов. В один прекрасный момент, на одной прекрасной пешеходной улочке Песка заскочил в один прекрасный магазин, выполнить Ушиный заказ и обещался догнать. Мы ждали его долго и безнадежно, зашли в окрестные лавочки. Потом Наташа отправилась на поиски благоверного и пропала. Пришел Димка, постоял-постоял и пошел искать Наташу. И так продолжалось где-то в течении часа, пока Штирлицы Солнца* и Латуш не обнаружили записку на парковке.

Мы, наконец-то, собрались все вместе и побежали по магазинам, т.к. времени было в обрез, а нужно было еще купить еды в поезд. В сырной лавочке напокупали разного вкусного мяса, которое предварительно пробовали. Продавщица резала по тонюсенькому кусочку и мы жадно раздирали его на части. От следующего сорта понятливая добрая голландка отрезала на дегустацию уже 3 кусочка. Там же мы приобрели и деревянные башмаки 38 размера для Буратинки [76] .

В супермаркет за едой ехали уже бегом и нервно накидывали в тележку продукты и сыры - время 16 ч, в 17 или лучше раньше надо уезжать в Кельн. До Кельна 2 ч езды. Поезд в 19 ч… Не нужно иметь высшее математическое образование, чтобы понять в каком состоянии мы находились… Хорошо, что сумки с утра собрали!

Дома быстро все упаковав в толпу пакетов и сумки, мы еще успели выпить традиционного чая с тостами и пулей вылетели из дома.

Маленькие хозяйки большого дома помахали нам вслед и мы рванули на восток… До свидания Флорапарк, Эйндховенен, Нидерланды. Спасибо этому милому дому!!!

Обратно в Кельн мы ехали быстро по почти пустынным дорогам - суббота, вечер. Димка повез нас через Венло [77] показать свой офис. Надо сказать, что Баскин офис представляет собой подобие Манхеттенских небоскребов и является самым высоким зданием в округе: в нем где-то целых 5-6 этажей!

Венлонцы вышли на улицы города и стояли плотными рядами вдоль автострады, чтобы проводить своих героев, т.е. нас. По крайней мере, другой причины появления такого количества народу, ожидающего у дороги, мы так и не выяснили. Я опустила стекло, высунулась наружу и спросила из несущегося автомобиля: «А что это вы тут делаете, а?». Мне почему-то не ответили… Странные люди! Я ж их русским языком спрашиваю, а они…!

На границе Германии, когда проезжали ремонтируемый участок дороги, нас нагло обогнал «ягуар» [78] . Мы не могли с этим смириться, и стрелка спидометра неуклонно поползла вправо к отметке 240… Какой русский не любит быстрой езды! Но не до такой же степени! Скорость, конечно, не чувствуется, но пугают сами цифры. Не стоит говорить, что «ягуар» остался далеко позади, но тут… Но тут нас нагло обогнала БМВ и исчезла на горизонте. Утешило только то, что машина была той же марки, что и наша.

В ФРГ, оказывается, вообще нет ограничения скорости, кроме как на сложных участках дороги. Представляете, как растерянно чувствуют себя шоферюги оказавшись в подобных условиях вседозволенности? И штраф ведь не возьмут за превышение! Ужас!LСовершенно некстати припомнилась принцесса Диана и я мягко попросила Песыча: «Давай остановимся на 200…»

В таких условиях город Кельн показался на горизонте значительно раньше, чем было спрогнозировано. У нас еще осталось время пройтись напоследок, потоптать «старые камни Европы». Бросив у вокзала машину, мы под моросящим дождиком неспешно побрели в поисках злачного места и подсолнухов. То ли в связи с субботним вечером, то ли по причине дождя многочисленные цветочницы исчезли, и забредали мы все в какие-то места, не обеспеченные социальной инфраструктурой в виде кафе. В конце концов мы выпили по бокалу пива в баре и помчались на вокзал.

Я как всегда все забыла: поезд у нас не в половине 8-го, а несколько раньше, но, однако, мы успели, что самое удивительное. Побросали в свой 255 вагон вещи и вышли слезно прощаться на перрон… Грустно.

Поезд запомнился только беларусской таможней, искавшей у нас траву, секс-порно материалы, и материалы, подрывающие экономику и социально-политический строй «нашей страны».

Плочему все хорошее так быстро заканчивается? Такое бывает раз в жизни, за что С.Баскервилей

ОГРОМНОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ СПАСИБО!

 

Примечания

1 Лохматые Уши (Уши, Лохмоуш) – итернетовский ник (прозвище).
2 Баски, он же Песыч, он же Баск, он же Песка, он же Собака Баскервиллей –ник голландского гостеприимного интернетовского друга.
3 Камчаточник (ца) – представители чата (виртуальной «болталки») – Кам-CHAT-Ка (http://chat.weekend.ru/chat.)
4 Скромный автор Анна Анатольевна Мельникова.
5 Ник чатланина (представителя чата) из далекого сибирского Новокузнецка.
6 Многочисленные ники провожающих – вот так люди себя называют! J
7 Традиционное интернетовское обозначение поцелуя.
8 Улыбками (в инете составляется в виде рожиц из знаков препинания: ;-)) – подмигивающая улыбка.
9 Гамбургерная.
10 Лату, Латуш, Латушенция и др. – моя спутница Женя, тоже больна интернетом, но не так сильно.
11 Проверяли.
12 По-взрослому.
13 Во многих чатах предусмотрена функция «игнорировать», т.е. не хочешь видеть речь кого-нибудь, нажимаешь кнопочку «ignor» и спокойно беседуешь дальше.
14 польск. город.
15 Пограничники.
16 Внимательно смотреть.
17 Подчиненная территория.
18 Государство - колонизатор.
19 Назаборная живопись.
20 Мучили.
21 Похожего на метро.
22 Подземном.
23 Вкратце: немецкие солдаты, офицеры, не сдаваться!
24 Факки.
25 зелень, баксы.
26 cool – крутой, клевый, здоровский.
27 Разница среднеевропейского времени с московским 2 — часа.
28 Солнце.
29 Которые присутствует на его виртуальной фотографии.
30 Семерка BMW.
31 Телефон такой.
32 Представителей сервера www.weekend.ru, где находится chat Кам-chat-Ка.
33 Кофе со сливками взбитыми.
34 Цит. по: «Алладин», пр-во компании Уолт Дисней .
35 Наслаждение.
36 Испанский художник.
37 no comment.
38 Примочки.
39 Прибамбас в виде компьютера, связанного со спутником, указывающего направление движения.
40 Комп(ьютер).
41 Дороги такие, очень качественные.
42 Московская кольцевая автодорога.
43 Не Муми Папа с Муми Мамой, а тот самый Лагу-тенко И.
44 "PSV Эйндховен», спонсор корпорация Филлипс, в которой играет представитель «Спартака» Ю.Никифоров.
45 Посещение магазинов.
46 Магазин.
47 2 кусочека колбаски, ой, пирожных.
48 Советую посетить уроки географии.
49 См. выше.
50 Леденцы ментоловые.
51 А это уже к биологам.
52 Просто мясо, вкусное.
53 Детям до 16 не рекомендуется.
54 Импрессионист голландский, т.е. художник.
55 т. е. Я.
56 Это не рекомендуется и взрослым.
57 Устар. ср. с совр. челноки
58 Валюта Нидерландов.
59 http://home.wxc.nl/~sribn000 60 Вот их нравы!!!
61 Средний среднепрожаренный кусок, маленький хорошопрожаренный, маленьких с кровью, большой хорошо прожаренный.
62 Взяли попользоваться.
63 Страны БЕНИЛЮКСА - БЕльгия, НИдерланды, ЛЮКСембург.
64 Бортовой компьютер, см. сноску на с. 34.
65 Манекен Пис- Писающий мальчик - символ города Брюсселя.
66 ICQ - программа для общения в интернете, уже не электронная почта, и уже не чат, а все в комплексе и очень удобно, говорят.
67 Основные нации в Бельгии.
68 «Приз».
69 Греческий коньяк, но вообще-то, детям до….
70 Укр. и англ. Весна, весна приди, держитесь левой стороны, весна, весна приди, поворот направо.
71 Скоростным дорогам.
72 Маленького начальника.
73 Горы такие в Европе, но маленькие.
74 Европейские страны, заключившие Шенгенское Соглашение, имеют единый визовый режим для иностранцев и безвизовое пространство для граждан этих стран.
75 Англ. С кусочком лимона. Иначе выражение «чай с лимоном» буржуи слышат как «лимонный чай».
76 Чатланка из Новокузнецка, жена Факки.
77 Город на границе Нидерландов и Германии.
78 Говорят, крутая машина.

 


Советуем прочитать
Произведения Анны Мельниковой

Четвертной №11

 ©Четвертной 2002-2006