[an error occurred while processing this directive]
 РАЗДЕЛЫ 
 
НазадКарта

Лидия Легоцкая, Мария Масалова

БАЙДАРОЧНЫЙ ПОХОД

Я первый раз взяла в руки весло и села в байдарку. Под ногами дышала и колыхалась, как живой организм, вода. Я не удержалась и плюхнулась на свое законное место посередине, предварительно описав веслом в воздухе две окружности и задев при этом заднего и переднего члена нашего экипажа. Им, кажется, это не очень понравилось. В любом случае, передняя часть (так для простоты назову человека, сидящего в носу (на носу, в носе) нашей байдарки) под страхом смертной казни запретила мне дотрагиваться до своего весла, а я в общем, и не особо ей возражала.

В первый день я предавалась созерцанию то крутых, то пологих берегов речушки Киржач, по которой мы плыли. Мы втроем отдыхали. Я имею в виду не экипаж нашей байдарки: отдыхала я, отдыхало весло и мой взгляд на живописных пейзажах, проплывающих мимо. Пока мои соседи по местам в байдарке (то есть перед и зад) выравнивали движение, обгоняли Рулей (траектория их пути напоминала синусоиду), я находила и себе дела. Проверяла, на месте ли фотоаппарат, прямо из байдарки ловила в траве синих стрекоз, проверяла, умеют ли плавать гусеницы и т.п.

Однако скоро река перестала петлять, ее движение стало ровным, без заводей и омутов, и передняя часть запретила мне под страхом смертной казни класть весло, показала как его держать и попросила махать им «в такт» ее движениям. Я так и сделала.

Надо сказать, нам с передней частью нашей байдарки достался совсем недостойный зад (так для простоты назову человека, сидящего на корме, дабы не называть имен). Недостойность зада заключалась в абсолютной невозможности эксплуатации оного из-за его нефункциональности. По-русски говоря, зад халтурил. Передняя часть ему кричала: «Зад! Зад (она-то уж его называла по имени)! Правее! Левым, левым веслом! Быстрее!» Ее реплика была вызвана тем, что она увидела надвигающееся препятствие. А зад говорил, что если объехать слева, то, во-первых, так получится короче, грести меньше, а, во-вторых, тогда мы попадем в быстрое течение и получится еще быстрее. Передняя часть и слушать его не хотела. Поэтому и не слушала. В результате зад греб правым веслом, а передняя часть изо всех сил гребла левым. Я вообще не гребла, так как зад и перед хором мне кричали (только в этом, наверное, и сохранилось их единство взглядов): «Положи весло! И так трудно...»

В этот момент три человека (я, передняя часть и зад) почувствовали под байдаркой скользящую корягу и заткнулись.

Но из этого скользкого момента мы, слава Богу, выбрались живыми и даже целыми. Тут вдруг зад байдарки с силой бросил весло и сказал: «Все, я больше не могу грести». Тогда передняя часть сделала тоже самое, ну я погребла немножко, поняла бесполезность этой затеи и положила весло тоже. Плывем мы так, плывем, течение - тише некуда. Передняя часть взяла удочку и начала ловить рыбу. Мы затихли: вот, вот задергается леска, вот, вот клюнет рыба. Но вдруг зад байдарки схватил весло и, возмущаясь, начал грести. Леска потянулась, дернулась, и передняя часть байдарки вытянула леску без крючка и наживки.

Раза два еще мы напарывались на коряги. В конце концов самовлюбленный зад не выдержал и завопил: «Передняя часть, поставь руль!!!»

Руль был поставлен, но дно байдарки, наверное, так и не поняло, что стало лучше. Собственно, потому что лучше (особенно для дна в оплытии коряг) не стало. Зато стало громче: «Зад! Зад! На левую педаль! На левую педаль!!!» - «Левая педаль заедает, - звучит ответ, - Лучше на правую...» И тут мы опять чувствуем что-то под собой.

В общем, я там чувствовала себя преотлично. Собственно, чего и вам желаю. Кажется, до меня это кто-то уже говорил, но все равно:

«Усталые, но довольные мы возвращаемся домой.»

 


Советуем прочитать
Произведения Лидии Легоцкой
Произведения Марии Масаловой

Четвертной №5

 ©Четвертной 2002-2006