[an error occurred while processing this directive]
 РАЗДЕЛЫ 
 
НазадКарта

Виталий Полосухин

СНЕЖИНКА МАНДЕЛЬБРОТА

- «...Следующая станция - «Пушкинская», - объявил ржавый голос, и поезд медленно отлепился от станции. Олег стоял лицом к двери и по привычке разглядывал в черное зерцало пассажиров вагона. Небритый и нестираный дед в кепке, заспанный мужик с газетой, хмурая дама средних лет в пальто, застегнутом на военный манер, симпатичная барышня в мешковатой синей куртке, модных клоунских бахилах и с чем-то похожим на завернутую в бумагу картину в руках. Взгляд Олега задержался на ней. Вообще, он довольно часто позволял себе заглядываться на мимолетных девушек, но только в метро. Оценивая их внешность, манеру двигаться, держаться, он испытывал эстетическое наслаждение, напоминавшее Олегу те бесшабашные деньки, когда он был волен заводить романы с приглянувшимися девушками в таком количестве, которое мог потянуть. Он не считал это проступком по отношению к Марине, а думал, что лучше заглядываться, чем изменять. Иногда, когда воображение не в меру разыгрывалось, Олег мысленно бил себя по рукам и взывал к чувству долга перед единственным по-настоящему дорогим ему существом. Со временем это чувство долга приобрело гипертрофированный характер. Олег заставлял себя думать, что он ни по какой причине не имеет права бросить Марину, после того, что их связало. Он не был сентиментален, отнюдь, но, глядя на ее почти детское и всегда чуть грустноватое лицо, Олег сразу вспоминал все свои мелкие и не очень мелкие грешки и говорил себе, что Марина должна стать искуплением за них. Когда они чувствовали, что устали друг от друга, и у Олега появлялась маленькая занудная идейка, а не расстаться ли им, чувство долга моментально давило эту идейку, Олег сжимал голову руками и говорил себе: «Ты ее любишь и никогда не бросишь». На следующий день эта усталость проходила.

И вот взгляд Олега, отражаясь от стекла двери, как от зеркала, скользил по лицу этой незнакомой девушки, и казалось, что какой-то магнит, висевший у него в голове, медленно отодвигается и тяжесть в мозгах слабеет. У барышни были четкие и одновременно мягкие славянские очертания лица и недлинные светлые волосы. Аляповатая одежда не портила ее внешности и создавала какое-то непонятно откуда взявшееся ощущение изящества. Вдруг девушка подняла глаза, и ее взгляд встретился с отражением глаз Олега. И Олег почувствовал, что не может отвести взгляда. Пробки «чувства долга», не выдержав напряжения, моментально сгорели. Все лишние мысли куда-то ушли, он смотрел и понимал, что любит эту девушку. С ним никогда раньше такого не было. Олег вообще не верил в любовь с первого взгляда. До сего момента. Ему казалось, что он знает эту девушку так давно, что может угадать любое ее следующее движение, и Олег медленно улыбнулся. Одновременно с ней. Улыбки были робкими и едва заметными, как приветствие, и, казалось, не предназначались им. Но за ними скрывалась вселенная. Если он не познакомится сейчас с ней, жизнь кончится...

«Станция «Пушкинская», - прозвучало, как трубы страшного суда. Двери отъехали, и отражение исчезло. Олег как зомби механически вышел из вагона. Он чувствовал, что необходимо сделать что-то, но ноги несли его по направлению к эскалатору. Еще оставалась надежда, что им по пути, Олег осторожно оглянулся и увидел, что она удаляется в противоположную сторону. «Еще не поздно!» - мысленно закричал он и ступил на эскалатор. Все было кончено. Ступеньки ехали вверх, удаляясь в перспективе, и выход из подземелья казался мигающей белой черточкой на черном фоне.

Черточка мигала секунд пятнадцать, давая Олегу прийти в себя, затем появилась надпись: «Базовая ветвь загружена. Приступаю к компилированию». Олег горячо выдохнул и снял виртуальный шлем. Голова вспотела под пластиком. Винчестер мигал и потрескивал, Илси анализировала полученную информацию.

- Сколько времени прошло, - произнес он в микрофон, стараясь четко выговаривать слова. С задержкой из-за работы с компиляцией Илси написала: «Тридцать минут». Олег давно думал о том, чтобы присоединить к и без того невероятной библиотеке аналитических модулей еще и речевую, но боялся, что его процессор такой нагрузки уже не потянет. Созданная им единственная в мире работающая по Тьюрингу программа искусственного интеллекта требовала кошмарных ресурсов. Но зато работала безотказно.

- Сколько будет длиться компиляция?

«Расчетное время - восемь часов. Ты можешь поспать. Мне кажется, ты устал. :- )». Такими Интернетовскими символами Илси как могла выражала свои эмоции.

Когда на следующий день Олег вернулся из института и сел в свое «пилотское кресло» у компьютера, индикатор винчестера молчал. «Либо все, либо зависла, - подумал Олег. - Не дай бог». Он смахнул с клавиатуры записку отцу, чтобы не трогал компьютер, и включил монитор. Надпись в левом верхнем углу гласила: «Компиляция закончена».

- Давно закончила компиляцию? - нетерпеливо спросил Олег.

«Прежде всего, здравствуй. ;-) А вообще, компиляция закончена в двенадцать часов сорок три минуты».

«В двое больше расчетного», - подумал Олег, а вслух произнес:

- Ты снова ошиблась в расчете времени.

«Человеческая мысль, а тем более фантазия - вещь очень непредсказуемая. Почти невозможно точно рассчитать время транслирования образов в машинные коды».

«Но тем не менее, ты все это можешь». Она действительно все это могла. Три года работы и восемь гигабайт объема, это не цифры для решения такой проблемы. Олег вообще редко задумывался о том, как ему это удалось. Так же редко он задумывался и о тех двух миллионах вечнозеленых баксов, которые причитались от дяди Нобеля изобретателю искусственного интеллекта. Получение этих денег было чем-то из области антинаучной фантастики. Из той же области, что и его Илси.

- Ладно, какие результаты?

«Из-за нехватки места на жестком диске я не могу сохранять всю структуру ветвления. Необходимо задать либо точное направление ветви, либо основные константы».

Олег усмехнулся. Пятнадцатигигабайтный винчестер, за который он в свое время отвалил полторы тысячи долларов и который казался ему бездонным, наконец иссяк.

- О'кэй. Константа - основная линия, содержащая объект «художница». Условия ясны?

Илси думала с минуту. Наконец она написала: «Условия ясны». Такая задержки обычно намекала на неуверенность, но Олег не придал этому значения и стал нетерпеливо нацеплять датчики системы врачебной диагностики «Коннан», приспособленные им для примитивного антропосканирования. В заключение он надел виртуальный шлем и, откинувшись на спинку кресла, произнес:

- Уровень второй, ветвь первая - пошел!

Его голос эхом откликнулся в наушниках, и стереоизображение волной хлынуло в мозг.

«Еще не поздно!» - мысленно закричал он и сделал резкий шаг назад, наступив на ноги какой-то даме. Дама откликнулась крепкой фразой, но Олег уже несся к переходу на «Тверскую». Только бы не потерять эту синюю куртку, только бы не потерять...

Он нагнал ее в переходе и, успокаивая дыхание, пошел следом. Здесь его снова охватила робость, смешанная с сомнением. Как он ее остановит, что ей скажет. Ведь если вдуматься, идиотская ситуация получится. Да... что же делать?

Олег шел за «художницей» на автопилоте. В голове стоял ровный свинцовый гул, сердце бешено колотилось, а ноги предательски подгибались. Он почувствовал, что если не примет сейчас решения, то упадет от слабости.

Темнота нахлынула так резко, что Олег чуть не потерял сознание. Он сорвал шлем и закричал:

- Ты что вытворяешь, дура! Хочешь меня шизиком сделать?!

«Я прошу прощения, но я не виновата. :-( Здесь узел следующего уровня».

- Что? Это все? Ты шестнадцать часов корячилась над тремя минутами??

«Я повторяю: процессы человеческого мышления...»

- Продолжить работу! - рявкнул Олег, нервно снимая датчики.

«Не могу транслировать речь. Повторите сообщение».

- Это не сообщение, это команда. - стараясь сдерживаться, проговорил он. - Продолжать компиляцию.

- Каковы результаты? - спросил он через двадцать часов, когда потрескивание винчестера смолкло.

«Необходима вторая константа. Множественность вариантов не позволяет сохранить исходную маску».

Олег чертыхнулся.

«Данный образ не может являться константой при моделировании».

Несмотря на то, что Олег сильно измотался за эти сутки, он все-таки улыбнулся.

- Вторая константа - объект «эго». Условия ясны?

«Условия ясны», - сразу ответила Илси.

Олег надел шлем и скомандовал;

- Уровень третий, ветвь по константам. Пошел?

Олег резко остановился и, задыхаясь от быстрого бега, положил ей руку на плечо.

- Постой, я уже лет сто не бегал, - срывающимся голосом произнес он и прислонился к стене. Девушка обернулась, и он увидел ее удивленное лицо. Лицо замерло и расплылось. На нем быстро появлялись и исчезали разные выражения, соответствующие данной ситуации. Олег замер, напряженно ожидая продолжения. Наконец, девушка улыбнулась и произнесла:

- А выглядишь вроде моложе.

Голос у нее оказался на удивление чистым и плавным. Олег облегченно прикрыл глаза и тихо сказал:

- Я так боялся...

- Чего?

Он поднял голову и посмотрел ей в лицо:

- Потерять тебя.

Они молчали. Отдышавшись, Олег спросил:

- Можно, я провожу тебя?

Девушка кивнула.

- Конечно. Зря ты, что ли, бегал.

Олег взял у нее из рук картину и спросил:

- Ты художница?

- Да. Начинающая. Учусь, и, может, лет через двадцать чему-нибудь выучусь. А ты?

- А я гениальный программист.

- О! - девушка иронически-восхищенно оглядела его. - Какая честь для нас. И в чем же заключается ваша гениальность?

- Я изобрел искусственный интеллект.

Девушка задумалась.

- Это что, машина, которая стихи сочиняет?

- Да нет, - Олег рассмеялся. - Вообще-то, это программа. И она может мыслить, фантазировать, говорить...

- Как человек?

- Ну... - он замялся. - Я разницы не чувствую.

Они вышли из метро. На улице накрапывал осенний дождик. Олег замолчал и, опустив голову, смотрел себе под ноги. Вдруг неожиданно для себя он произнес:

- Ты знаешь, со мной никогда такого не было. Когда я встретил твой взгляд тогда в вагоне, я понял, что такое - единственный человек на свете, который тебе нужен.

Олег посмотрел на нее. Девушка улыбалась и молчала. Так они шли, пока не свернули во двор. Девушка остановилась и кивнула в сторону серого пятиэтажного дома:

- Вот, мы пришли. Я здесь живу.

Одинокая капля дождя заскользила по лбу Олега. Мир стал расслаиваться, и в голове медленно наступила темнота.

Капля пота повисла на кончике носа и упала на рубашку. Олег снял шлем. «Я зарегистрировала повышенное нервное истощение и считаю своей директивой это отметить».

- Почему окончилось моделирование?

«Новый узел. Я понимаю, что это меня не касается, но скажи - зачем тебе все это нужно?»

Внезапно на Олега нахлынул приступ раздражения и он процедил в микрофон:

- Ты совершенно правильно понимаешь. Продолжай компиляцию.

Зачем нужно, зачем нужно... Тогда на эскалаторе Олег почувствовал, что от него оторвали кусок жизни, самый живой и чувствительный. И где-то внутри то ли серых клеток, то ли поперечно-полосатых мышц нестерпимо болело то место, к которому этот кусок раньше крепился. Чтобы унять эту боль, вот зачем.

Осторожно, словно чувствуя настроение хозяина, затренькал телефон. Олег устало поднял трубку.

-Да.

- Привет, Олежек.

- Здравствуй, милая.

- Мы давно не виделись. Давай встретимся?

Олег замолчал. Сколько же времени прошло? День? Два? Он не мог точно сказать. Вся его жизнь проходила сейчас там, в этой потрескивающей и помигивающей белой коробке. А там прошло только полчаса.

-Ты знаешь, мне на завтра столько всего готовить. Давай я тебе потом перезвоню, я очень устал.

-Хорошо.

Марина вздохнула.

- Ты не обиделась?- сделав обеспокоенный голос, спросил Олег.

- Нет, что ты. Я все понимаю. Счастливо.

- Пока.

Он положил трубку и посмотрел на монитор. В левом верхнем углу на черном фоне одиноко светилась надпись: «Идет компиляция, не выключать».

Олег не спал всю ночь. Лежа в постели, он прислушивался к стрекотанию винчестера и чувствовал, как трясется мелкой дрожью. Ожидание было нестерпимым. На следующий день в институт он не пошел. Вместо этого, сделав чашку горячего кофе, он уселся у монитора. Когда чашка наполовину опустела, стрекот смолк. «Ну все, точно завис,» - Олег замер, боясь пошевельнуться. Ему казалось, что решается вопрос жизни и смерти. Наконец на монитор выскочила вторая строчка: «Компиляция успешно завершена».

- Ну же? - вырвалось у Олега. - Давай скорее!

- Не поняла?

- Каковы результаты компиляции? - еле сдерживаясь, спросил он.

- Алгоритм выполняет конечную фазу ветвления. Необходимо задать третью константу для успешного завершения моделирования по выбранной ветви.

-Да где ж я тебе ее возьму? - удивленно воскликнул Олег. - Там же нет ничего больше.

- Необходимо задать третью константу по направлению моделирования.

- Ну... - он задумался. - Попробуй выбрать сама.

Илси замолкла. Прождав минуты три, Олег не вытерпел:

- В чем дело?

- Идет подбор константы. Подбор константы закончен. Готова приступить к выводу. Должна заранее предупредить: структура модели носит фрактальный характер, что привело к пересечению в некоторых участках ветвей.

- Давай, - Олег уже надевал шлем и цеплял датчики. - Уровень четвертый, ветвь по константам. Пошел!

Мир слоился. Как в зеркальной комнате, в осколках пространства отражались параллельные миры. Незнакомые лица, знакомые картины, десятки девушек в синих куртках. Одни отворачивались от него, другие смеялись, третьи что-то презрительно говорили. Мозг Олега, измученный виртуальным наркотиком, с трудом удерживался в одном из осколков, готовый разорваться в любую минуту. Вдруг зеркала слились, как головоломка, и он увидел такое долгожданное и самое любимое на свете лицо.

-Мне пора.

- Я хочу еще чуть-чуть побыть с тобой.

- Но мне в самом деле пора.

- Я еще увижу тебя?

Девушка покачала головой.

- Как знать. Ты сам решишь, возможно ли это.

Олег мучительно соображал, что надо сделать.

- Я могу коснуться тебя?

Девушка улыбнулась и сделала шаг в его сторону. Теперь она стояла вплотную к нему. Вдруг в другом конце двора показалась маленькая женская фигурка. Она стремительно приближалась, и Олег уже мог разглядеть лицо. До боли знакомые черты неслись навстречу...

- Марина! Это невозможно! Ты не могла быть здесь!

Пространство снова преломилось. Было два мира - два ряда зеркал, клином разорвавшие вселенную. Олег заметался, и его сознание как радио уловило еле слышный сигнал: «Уровень пятый, ветвь по выбору...»

Олег сорвал шлем. Винчестер яростно трещал, а на мониторе мигала надпись: «Идет уничтожение библиотек программы».

- Илси, что ты делаешь, остановись! - Закричал он, но Илси не отвечала. Едва соображая, почти инстинктивно Олег нажал на клавиши перезагрузки. Ничего не изменилось. Тогда он резким движением выключил питание.

Надпись исчезла. Винчестер щелкнул и замолчал. В комнате установилась тишина. Олег сидел, медленно приходя в себя, как после кошмарного сна. Минут через десять он снова включил компьютер. Когда он увидел количество свободного места на диске, то не удивился.

«Осторожно: двери закрываются. Следующая станция - «Пушкинская». Олег повернулся лицом к двери и тусклым взглядом прошелся по серым отражениям. Она стояла за спиной. Когда на станции двери раскрылись, Олег вышел и обернулся. Девушка, не отрывая взгляда от его глаз, медленно подошла к нему вплотную и прижалась щекой к его лицу. Ветви, уровни, константы, алгоритмы - все полетело к черту. Машина была права: человеческая мысль - штука сложная. Но еще сложнее человеческое чувство.

***

«Снежинка Мандельброта» - пример простейшего графического фрактала. По форме центральной симметрии и ветвистой структуре имеет сходство с обычной снежинкой.

ХI.8.1997г.

 


Советуем прочитать
Произведения Виталия Полосухина

Четвертной №6


 ©Четвертной 2002-2006