[an error occurred while processing this directive]
 РАЗДЕЛЫ 
 
НазадКарта

Надежда Гога

ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ АЛЕКСАНДРОМ ЛЕОНИДОВИЧЕМ ЯНШИНЫМ

Кто такой homo sapiens? Правильно! Это – человек разумный. Следовательно, homo sapiens sapiens – очень разумный человек, академик значит. Как можно отличить академика от толпы? На лбу у него не написано, что он академик. И внешностью вроде похож на обычного человека. Отсюда: если даже академики в толпе и водятся, то нам с Вами уж точно там его не найти. Поэтому надо идти на крупные научные мероприятия, где академик сбрасывает свой обычный камуфляж и становится похож на homo sapiens sapiens. Вот и мы – Наташа С. и Надя Г. на Чтениях Вернадского объявили охоту на академиков. И скажу – она была довольно плодотворной. Вот перед вами ее результаты.

Корреспондент: В какой области науки Вы работаете?

А.Л.Яншин: Образование у меня геологическое. Я - геолог. Но уже больше 20 лет я также глубоко занимаюсь вопросами экологии. Сначала, когда я работал ещё в сибирском отделении академии наук, я занимался проблемами сохранения чистоты водной среды, потом меня пригласили в Москву, я 6 лет был вице-президентом Академии наук, с 1982 до 1988 года. Вот в эти годы мне пришлось заниматься большими экологическими проблемами. Вот я упоминал здесь (в докладе на Чтениях им. Вернадского - прим. корр.), что я добился отмены решения о переброске на юг северных рек. Это было очень важно, т.к. Каспий и без этого начал поднимать свой уровень. Я смог доказать, что он будет поднимать свой уровень и поэтому незачем перебрасывать в него столько Печоры и Северной Двины, как предполагалось. Потом боролся против постройки Ржевского водохранилища в верховьях Волги для водоснабжения Москвы. И опять-таки собрал и привел данные, что в самой Москве бурить скважины - более дешево, можно получить необходимое количество дополнительной воды, чтобы не заливать 60 квавдратных километров лесов и братских могил в районе Ржева. Вот целый ряд таких действий мне удалось провести. А в 1993 году была создана на общественных началах экологическая академия. Она избрала меня своим президентом, так что я сейчас готовлюсь к проведению второго общего собрания. У нас активно работающие отделения в 39 городах России, а всего около 2000 членов. Сейчас, конечно, продолжаю заниматься многими геологическими вопросами, в частности, я тесно связан с Индией. Шесть раз бывал в Индии на долгие сроки. Имел совместные работы с Индийскими геологами. Всё делю своё время между геологией и экологией.

Корр.: Когда Вас начали интересовать экология и геология?

А.Л.: Вот считайте: моя первая теоретическая статья «Тектоника Каргалинских гор» была опубликована в 1932 году. Я родился в 1911 году. Значит тогда мне был 21 год. Перед тем ещё были публикации, но чисто прикладные, маленькие. Вот с 21 года я стал заниматься серьезно.

Корр.: Кого Вы считаете своим учителем? Последователем чьей теории Вы себя считаете?

А.Л.: Я считаю своим главным учителем академика Николая Сергеевича Чацкого, который умер в 1960 году. Он был директором геологического института и был непосредственно моим учителем. А так я могу назвать целый ряд других имен людей, которые меня учили.

Корр.: А последователи у Вас есть?

А.Л.: Один мой ученик – Вадим Гаврилович Горецкий – сейчас вице-президент академии наук Белоруссии, многие доктора, заведующие лабораториями, здесь, в Москве, в Геологическом институте и в Сибири. В Сибири я провел около 25 лет. С момента создания Сибирского отделения академии наук до 1982 года. Там тоже много моих учеников бегают, заведуют лабораториями. Всего около 20 докторов из моих учеников. Некоторые вон даже – вице-президенты академии.

Корр.: Кем Вы хотели стать в 15-16 лет?

А.Л.: Я тогда твердо решил, что я стану фермером. Занимался тогда выращиванием морковки, фасоли, редиски и думал, что это самое интересное. А когда я начал учиться, я поступил сначала на географический факультет Московского университета. Это был 29 год. Но за первый год обучения я понял, что для географов, кроме преподавания географии – другого нет. А мне очень хотелось путешествовать, ездить, смотреть природу. А в это время как раз начиналось усиленное изучение недр земли. В геологах была большая потребность. Поэтому через год я перевелся на геологический факультет.

Корр.: В школе у Вас какой был самый любимый предмет?

А.Л.: Я бы назвал два: география и история. И в академии наук вы ещё посмотрите академические справочники - я выбран по двум специальностям: геология и география, физическая география, потому что, когда я работал в Сибири, среди других дел под моим председательством и при моем главном участии была издана 14-томная география и история развития рельефа Сибири и Дальнего Востока, за которую коллектив главных составителей получил Государственную премию.

Корр.: Вы себя считаете теоретиком или практиком?

А.Л.: Видите ли, я считаю себя теоретиком, но я проводил целый ряд практических работ. С начала я работал по разведке фосфоритовых месторождений. Потом вот в Сибири моим делом было открытие самого крупного калийного месторождения в Иркутской области, предсказанного где нужно искать, где нужно бурить. Так что с полезными ископаемыми я много имел дело. Существует одно газовое месторождение, мною открытое, разрабатываемое сейчас. Так что с практической геологией я тоже имею связь.

Корр.: Что Вы думаете о Чтениях Вернадского?

А.Л.: Я уже высказал с кафедры своё мнение, что я считаю это ОЧЕНЬ ПОЛЕЗНЫМ и очень необходимым делом и приношу благодарность дирекции Донской гимназии за то, что они организовали эти Чтения.

Корр.: Как Вы относитесь к учению Вернадского?

А.Л.: Я считаю его самым крупным русским ученым первой половины 20 века.

Корр.: Его учение как-нибудь повлияло на Вашу жизнь, Ваше мировоззрение?

А.Л.: Ну если хотите – да, потому что я стал заниматься экологией и этими природоохранными мероприятиями в связи с изучением работ Вернадского.

Корр.: У Вас есть какие-нибудь увлечения, не связанные с наукой?

А.Л.: Есть. Во-первых, я раньше увлекался рыбной ловлей, во-вторых, марки собирал, несколько альбомов сохранилось. Беллетристики много в своё время читал, когда было больше свободного времени. Очень люблю многих поэтов. Больше всего Николая Степановича Гумилева и Блока. Это самые мои любимые два поэта. Не говоря уж про Пушкина и Лермонтова.

Корр.: Над чем Вы сейчас работаете?

А.Л.: Это трудно сказать, потому что сейчас приходится очень разбрасываться. Вот сейчас готовлю общее собрание экологической академии, много приходится заниматься консультациями, и обрабатываю свои материалы по Индии для трех статей, совместно с индийскими геологами.

Корр.: Расскажите , пожалуйста, какой-нибудь случай из школьной жизни.

А.Л.: Потом у меня было много случаев, а в школе все было нормально. Я сначала учился в сельской школе, в Драгобурском уезде Смоленской губернии, тогда губернии ещё были. А потом опытно-показательная школа при Педагогическом факультете Смоленского университета, впоследствии преобразованного в горный педагогический институт. Нормально учился, на пятерки.

Корр.: Спасибо большое, очень интересно было.

Вот видите, какого важного академика отловили и какое умное интервью успели взять! У него даже мораль есть: учитесь на пятерки и станете важным академиком, да еще и президентом какой-нибудь академии – это вам не хухры-мухры.

 


Советуем прочитать

Четвертной №7

 ©Четвертной 2002-2006